Андрей Прикотенко: «Если Петербург вас выбрал, то потом любит со всей силой»
Сегодня в Большом драматическом театре имени Г. А. Товстоногова начинаются гастроли новосибирского театра «Красный факел». Что покажут зрителям, рассказал его художественный руководитель Андрей Прикотенко.
– Андрей Михайлович, гастроли открывает трагедия Уильяма Шекспира «Ромео и Джульетта» (16+). Постановок об этих несчастных влюбленных великое множество. В чем отличие версии «Красного факела»?
– Если бы вы загорелись идеей поставить два одинаковых спектакля, именно это было бы практически невозможно. Спектакль нашего театра отличается настолько, насколько отличаются люди друг от друга.
В нашем случае это музыкальный спектакль с оригинальным звуковым оформлением. Замечательно и восхитительно поет центральный дуэт – Вадим Гусельников и Настя Плешкань, наши Ромео и Джульетта. Они очаровательны! Им абсолютно веришь, это настоящая, сильная подростковая любовь, причем прямо перед тобой. Спектакль пользуется очень большой популярностью у зрителей.
– Затем будут показаны «Мертвые души» (18+) и «Бесы» (18+). Гоголь и Достоевский – знаковые для Петербурга писатели. Вы специально сделали такую подборку?
– Если говорить про роман «Бесы», то выбор этого произведения для постановки в первую очередь связан с сюжетом. Если вы внимательно посмотрите на роман, то заметите, что он начинается с описания судьбы, биографии, личности Николая Ставрогина. А потом повествование смещается в сторону Верховенского, и ты уже не совсем понимаешь, какое перед тобой произведение – роман с одним главным героем или «политеистическое» сочинение, в котором несколько главных героев. Мне показалось, что можно было бы удачно собрать сюжет вокруг фигуры Николая Ставрогина, сделав драматургически верную композицию. Арка сюжета заключается в том, что Ставрогин идет к своему покаянию.
А «Мертвые души» – это спектакль-путешествие. Метафизическое путешествие по бескрайним просторам, маленькая фигура человека в бескрайнем космосе.
– В 2023 году вы стали главным режиссером театра «Красный факел», а в 2024-м его художественным руководителем. Каких жертв требует от вас эта работа?
– Всех жертв. Я всю жизнь отдаю искусству. Художественный руководитель театра отвечает и за формирование репертуарной политики, и за приглашение режиссеров, которые ставили бы спектакли не хуже, а лучше тебя самого, – очень важно, чтобы театр не замыкался в своей репертуарной политике на личности одного человека! Это, конечно, и создание атмосферы в коллективе, работа с артистами, с труппой – а у нас, я считаю, лучшие артисты в России! И вот именно художественный руководитель должен сбалансировать все эти процессы.
При этом нельзя забывать и о самом пространстве театра – о его закулисье, о зрительном зале. В конечном результате театр должен быть таким, чтобы у вас прямо на пороге возникал театральный эффект.
– Где вы сейчас проводите больше времени – в Новосибирске или все-таки в родном Петербурге? И удалось ли уже полюбить Новосибирск?
– Да. Я полюбил там людей, полюбил и сам театр «Красный факел». Но где я больше времени провожу – не знаю. Жизнь довольно интенсивная, мы ведь еще в Москве и Перми ставим спектакли.
– А какой он, ваш Петербург? Судя по выбранному для гастролей репертуару, город достаточно мрачный… Или нет?
– Я бы не сказал, что «Мертвые души» – мрачное произведение. Его мрачность заканчивается на названии. Ничего мрачного я не вижу в этой поэме. А Достоевский? Ну… разве что он. Хотя и у него, между прочим, много юмора. И в «Бесах», в частности. У Федора Михайловича вообще есть замечательные юмористические повести и рассказы.
– Лично вам юмор близок?
– Трудно ответить… Вот я, мне кажется, мрачный человек. Даже хуже Достоевского.
– Вы шутите!
– Да нет, я серьезно. При этом Петербург я все-таки очень люблю! Я тут родился и вырос. Сейчас я даже скучаю по плохой погоде.
Все мое детство прошло с мокрыми ногами, это были бесконечные лужи, а потом – сразу мороз, а солнце раньше в Петербурге выдавали как будто по талонам!
Что сейчас произошло с климатом – я не знаю, не город, а курорт. Солнце светит, плюс тридцать градусов… Мне не нравится. Надо срочно возвращать плохую петербургскую погоду! (Смеется.)
– Похоже, с началом гастролей «Красного факела» погода в городе действительно изменится…
– Да-да, мы за этим и приехали! Чтобы вернуть Петербургу его мрачную, настоящую сущность – его петербургскую погоду.
– С Петербургом все понятно. А что скажете о нашей публике? Вы ставили спектакли в разных городах, в том числе и за рубежом. Что отличает зрителей именно в Петербурге?
– Петербургский зритель, мне кажется, долго запрягает, долго выбирает, но если он выбрал, то потом очень любит.
Например, такая история была с Товстоноговым: город полюбил его так, что до сих пор волны этой любви отражаются на деятельности Большого драматического театра, который носит имя Георгия Александровича.
Петербург – такой город, что если он влюбится, то со всей силой.
Для петербуржца театр имеет очень большое значение. Это важная составляющая его жизни. Сложно представить себе петербуржца, который никогда не был в театре. Для здешних людей важно ходить в театр, театр важен для Петербурга.
– Андрей Михайлович, гастроли открывает трагедия Уильяма Шекспира «Ромео и Джульетта» (16+). Постановок об этих несчастных влюбленных великое множество. В чем отличие версии «Красного факела»?
– Если бы вы загорелись идеей поставить два одинаковых спектакля, именно это было бы практически невозможно. Спектакль нашего театра отличается настолько, насколько отличаются люди друг от друга.
В нашем случае это музыкальный спектакль с оригинальным звуковым оформлением. Замечательно и восхитительно поет центральный дуэт – Вадим Гусельников и Настя Плешкань, наши Ромео и Джульетта. Они очаровательны! Им абсолютно веришь, это настоящая, сильная подростковая любовь, причем прямо перед тобой. Спектакль пользуется очень большой популярностью у зрителей.
– Затем будут показаны «Мертвые души» (18+) и «Бесы» (18+). Гоголь и Достоевский – знаковые для Петербурга писатели. Вы специально сделали такую подборку?
– Если говорить про роман «Бесы», то выбор этого произведения для постановки в первую очередь связан с сюжетом. Если вы внимательно посмотрите на роман, то заметите, что он начинается с описания судьбы, биографии, личности Николая Ставрогина. А потом повествование смещается в сторону Верховенского, и ты уже не совсем понимаешь, какое перед тобой произведение – роман с одним главным героем или «политеистическое» сочинение, в котором несколько главных героев. Мне показалось, что можно было бы удачно собрать сюжет вокруг фигуры Николая Ставрогина, сделав драматургически верную композицию. Арка сюжета заключается в том, что Ставрогин идет к своему покаянию.
А «Мертвые души» – это спектакль-путешествие. Метафизическое путешествие по бескрайним просторам, маленькая фигура человека в бескрайнем космосе.
– В 2023 году вы стали главным режиссером театра «Красный факел», а в 2024-м его художественным руководителем. Каких жертв требует от вас эта работа?
– Всех жертв. Я всю жизнь отдаю искусству. Художественный руководитель театра отвечает и за формирование репертуарной политики, и за приглашение режиссеров, которые ставили бы спектакли не хуже, а лучше тебя самого, – очень важно, чтобы театр не замыкался в своей репертуарной политике на личности одного человека! Это, конечно, и создание атмосферы в коллективе, работа с артистами, с труппой – а у нас, я считаю, лучшие артисты в России! И вот именно художественный руководитель должен сбалансировать все эти процессы.
При этом нельзя забывать и о самом пространстве театра – о его закулисье, о зрительном зале. В конечном результате театр должен быть таким, чтобы у вас прямо на пороге возникал театральный эффект.
– Где вы сейчас проводите больше времени – в Новосибирске или все-таки в родном Петербурге? И удалось ли уже полюбить Новосибирск?
– Да. Я полюбил там людей, полюбил и сам театр «Красный факел». Но где я больше времени провожу – не знаю. Жизнь довольно интенсивная, мы ведь еще в Москве и Перми ставим спектакли.
– А какой он, ваш Петербург? Судя по выбранному для гастролей репертуару, город достаточно мрачный… Или нет?
– Я бы не сказал, что «Мертвые души» – мрачное произведение. Его мрачность заканчивается на названии. Ничего мрачного я не вижу в этой поэме. А Достоевский? Ну… разве что он. Хотя и у него, между прочим, много юмора. И в «Бесах», в частности. У Федора Михайловича вообще есть замечательные юмористические повести и рассказы.
– Лично вам юмор близок?
– Трудно ответить… Вот я, мне кажется, мрачный человек. Даже хуже Достоевского.
– Вы шутите!
– Да нет, я серьезно. При этом Петербург я все-таки очень люблю! Я тут родился и вырос. Сейчас я даже скучаю по плохой погоде.
Все мое детство прошло с мокрыми ногами, это были бесконечные лужи, а потом – сразу мороз, а солнце раньше в Петербурге выдавали как будто по талонам!
Что сейчас произошло с климатом – я не знаю, не город, а курорт. Солнце светит, плюс тридцать градусов… Мне не нравится. Надо срочно возвращать плохую петербургскую погоду! (Смеется.)
– Похоже, с началом гастролей «Красного факела» погода в городе действительно изменится…
– Да-да, мы за этим и приехали! Чтобы вернуть Петербургу его мрачную, настоящую сущность – его петербургскую погоду.
– С Петербургом все понятно. А что скажете о нашей публике? Вы ставили спектакли в разных городах, в том числе и за рубежом. Что отличает зрителей именно в Петербурге?
– Петербургский зритель, мне кажется, долго запрягает, долго выбирает, но если он выбрал, то потом очень любит.
Например, такая история была с Товстоноговым: город полюбил его так, что до сих пор волны этой любви отражаются на деятельности Большого драматического театра, который носит имя Георгия Александровича.
Петербург – такой город, что если он влюбится, то со всей силой.
Для петербуржца театр имеет очень большое значение. Это важная составляющая его жизни. Сложно представить себе петербуржца, который никогда не был в театре. Для здешних людей важно ходить в театр, театр важен для Петербурга.
