Пьесу Антона Чехова «Три сестры» ставили в «Красном факеле» трижды. И каждый раз постановщиками спектаклей были художественные лидеры труппы. И всякий раз семья Прозоровых являлась зрителю в юбилейный для театра год.

Впервые в 1960 году к «Трем сестрам» обратилась легендарная Вера Редлих. Постановка, хоть и не стала новым словом в режиссуре чеховских спектаклей (ранее Вера Павловна выпустила имевших большой успех «Дядю Ваню» и «Чайку»), однако заняла достойное место в освоении краснофакельцами наследия великого драматурга. 

На репетициях царила атмосфера влюбленности в пьесу, в Чехова. Вера Павловна была очень хорошо подготовлена к постановке (совсем недавно режиссер вернулась из Чехословакии, где поставила тех же «Трех сестер» в Городском театре Колина). Артисты прослушивали запись знаменитого мхатовского спектакля и песни тех времен, смотрели репродукции картин… Все более явственно вырисовывался добротный облик будущего спектакля с тонкими психологическими переходами, сменой настроений и ритмов действия. Но отзывы критиков на премьеру были более чем сдержанными. Рецензенты отмечали, что спектакль не будоражит мысль. Виной всему казалась, увы, совсем не остросовременная концепция, которая смыслово восходила к «Трем сестрам» Владимира Немировича-Данченко 1940 года, но на старте 1960-х воспринимавшаяся анахронизмом. 

Эти «Три сестры» вошли в историю «Красного факела» не только как последний спектакль, поставленный Верой Редлих в Новосибирске, но и тем, что одну из первых своих ролей в нем сыграла еще одна легенда — Анна Покидченко. Именно в ней режиссер увидела Машу Прозорову. «Это самый интеллигентный, самый трудный характер гениальной пьесы. Чехов говорил, она же не плачет, она усмехается, а сестры — “злая ты, Машка”. Да, злая, нестерпимо ощущать свою зря погубленную жизнь и запоздалую любовь. Все это поняла Покидченко и с горьким юмором мужественной, не сентиментальной души раскрыла в чеховском образе», — вспоминала позднее Вера Редлих в своей книге.

В следующий раз «Три сестры» вернулись на сцену «Красного факела» в 2000 году. В интерпретации режиссера Олега Рыбкина это был неожиданный, авангардный, эстетский спектакль, преодолевший традицию и запомнившийся своей парадоксальностью. Речь героев была далека от эталонно-традиционно мхатовской традиции, а жизнь скорее представляла собой «болезнь небытия» — холодного самолюбования и духовного угасания трех сестер — Ирины (Виктория Левченко), Маши (Лидия Байрашевская) и Ольги (Татьяна Классина).

Центральный образ сценографии, сочиненной Ильей Кутяниским, — недостроенный или брошенный дом. Неуютный и необжитый, он зиял темным дырами незастекленных окон и, точно кричал, о своих обитателях, в которых было мало любви, сострадания и света.

Исследователь творчества Чехова Елена Стрельцова писала: «Не сделав в тексте “Трех сестер” ни одной купюры, Рыбкин кардинально изменил финал. Милый доктор Иван Романович, с которым многие режиссеры вообще не понимают, что происходит, —протагонист спектакля. Его фразой “Всё равно” заканчивается история дома Прозоровых. Чебутыкин (В. Бирюков) вместил в себя чеховских докторов даже из прозы. Он — трезвый диагност, выразитель сверхидеи спектакля. Почему — всё равно? Потому что — надежды нет».

«Три сестры» стали третьим за четыре года спектаклем театра «Красный факел», выдвинутым на национальную премию «Золотая Маска».

Не менее эффектной в плане профессионального успеха стала и следующая постановка «Трех сестер». Спектакль вышел в 2015 году, а подготовка к нему началась за полтора года до назначенной премьеры. Дело в том, что актерам предстояло выучить жестовый язык, который используют для общения люди с ограничениями по слуху. Весь спектакль — 4 действия, соответствующие оригиналу, — шел именно на жестовом языке, а чеховский текст можно было видеть на субтитрах.   

Новые «Три сестры» произвели настоящий фурор. Критики единым фронтом отмечали, что этот спектакль достоин войти в театральные энциклопедии. Его гастрольная жизнь включала множество городов по всему миру, в том числе трехнедельный тур во Франции. И абсолютно везде новосибирскую постановку ждал оглушительный успех.

«Удивительно, насколько чеховскими и в то же время сегодняшними по своей психофизике, по своим реакциям и манерам выглядят здесь герои. Становится очевидным, что это история про нас — про обычных, неплохих в общем-то людей, у которых жизнь почему-то не задалась», — подчеркивала критик Марина Шимадина.

Экспертный совет премии «Золотая Маска» выдвинул «Трех сестер» в пяти номинациях, однако индивидуальная награда не досталась никому. Жюри присудило спецприз «За актерский ансамбль». И это стало настоящей победой спектакля и театра.