В «Красном факеле» прошли премьерные показы «Одиссеи» по мотивам поэмы Гомера в постановке режиссера Марка Букина. Событие, которого ждали.

– Это не миф в чистом виде, это переработанная пьеса. Мы с режиссером поставили своего Одиссея, не сравнивая с какими-то другими актерскими и режиссерскими работами, – рассказал актер Константин Телегин, исполняющий роль Одиссея.

Что может увидеть здесь зритель?  Прежде всего трагедию. Высокую трагедию человека и его одиночества. Мы хотели создать эпическое, соединенное с понятным, бытовым. В спектакле много философских тем. С одной стороны Одиссей исключительный, с другой – такой же, как все мы, прошедший длинный путь в собственные глубины.

Зритель увидит не подвиги, а их цену.

На долгих 20 лет растянулось возвращение Одиссея домой. «…долго скитался с тех пор, как разрушил священную Трою», выжил в Троянской войне, шел наперекор богам, и остался жив. Вот он, путь домой, где эти 20 лет его ждут любимая жена Пенелопа и сын Телемах (Артем Малиновский), уже взрослый юноша. 

Одиссей здесь – не просто мифический воин, а человек, разрывающийся между долгом и тоской по дому, которая оказывается страшнее любых циклопов.

Еще на момент выпуска спектакля «Ромео и Джульетта» режиссер решил для себя, что очень хочет поработать с актером Константином Телегиным, где оба могли бы развернуться на полную катушку. «Одиссея» лежала давно, лет 8-9, в режиссерском портфеле, и ждала своего часа.

– Каждый режиссер все-таки хочет исследовать и разобраться со своими личными вопросами. Я не очень верю в «хеппи-энд» Одиссея, – поделился своим видением режиссер Марк Букин. На мой взгляд все-таки где-то в самом тексте Гомера есть код, что возвращения не будет никогда. Возвращения к самому себе. Одиссей стал другим, пройдя испытания, но так и не смог вернуться к себе, стать прежним.

Мы работаем с мифом, с большим мировым сюжетом. Все ученые и мудрецы до сих пор ломают головы, кто такой Одиссей. Я бы назвал его многогранным. Он и хитрый, и смелый, любящий и ненавидящий, безжалостный и где-то трусливый. Наш спектакль поставлен в контексте психологии современного человека. Многие из нас есть Одиссеи.

Актерский ансамбль работает как единый механизм. Константин Телегин в роли Одиссея убедителен в своей усталой мудрости. Соло на барабанах как выплеск израненной души. Пенелопа в исполнении Дарьи Емельяновой – «богиня средь женщин», чье ожидание становится ее собственной, не менее сложной, «одиссеей».

«Одиссея» – это прежде всего история семьи.

«Сыну Лаэрта богами назначено в дом свой вернуться».

В спектакле поставлен очень важный вопрос – «Кто я, чего я хочу, в чем моя роль сейчас? Я выбираю или за меня выбирают?».

Такое режиссерское решение всей команды – усилить трагедию.

Это драматический спектакль в жанре трагедии. Вокал используется как выразительное средство очень точечно в нескольких эпизодах. Но каков этот вокал – до мурашек (Слепой певец – Вадим Гусельников). Свет и музыка в спектакле помогают создать эпическую и одновременно интимную атмосферу странствия. И когда погас свет в зале – не резко, а медленно, как закат над Итакой, зритель почувствовал: начинается не действие, начинается погружение. Всё работает на создание ощущения вечного странствия.

Обращение к античности – это запрос времени, запрос общества. Многие режиссеры обращаются сейчас к какой-то точке начала начал цивилизации. «Одиссея» в постановке Букина – это история о том, что самый долгий и опасный путь – это путь к самому себе, к своему «дому», какой бы смысл мы в это слово ни вкладывали.

Дом – это не место. Это состояние.

Когда тебя узнают – даже если ты уже не тот, кем был…