Это театральное лето выдалось жарким и очень щедрым на театральные впечатления: фестиваль «Горький+» доставил печальную новосибирскую Верону прямиком в центр Москвы. Постановки «Красного факела» всегда ожидаемы в столице, а когда к шекспировскому сюжету прикладывает руку признанный мюзикловый автор (Наталия Макуни) и композитор, делающий любой музыкальный материал — зрелищным (Евгения Терёхина), то навигатор любопытства задает направление к Пушкинской набережной, дабы зритель мог постичь режиссерскую мысль и приобщиться к мастерству артистов.

Не каждая труппа может работать в открытом пространстве, и не каждый спектакль имеет дополнительную погодную опцию в ощущениях: в данном случае все трудности сыграли только на руку повествованию, где Ромео — депрессивный подросток, а Джульетта вправе изречь, что в гробу она видала собственного деспотичного отца. Московский дождь помогал в сцене свидания героев смывать страх и смерть итальянского города, где исписанные граффити стены служат отличными предлагаемыми обстоятельствами для бандитских разборок в рамках ожидаемой вражды семейств: здесь нет традиций и родовых ценностей, но есть выгодные сделки.

Место действия серо и прозаично — и именно поэтому так отчетлива слышна песнь первой любви. Смысл музыкального театра (петь, когда невыносимо говорить) режиссером (Марк Букин) здесь возведен в абсолют: поют только те, кто способен на действие, кто двигает сюжет. Хороший вокал вкупе со смешением разных музыкальных стилей и живой музыкой бэнда дают ту особую энергию, которая не дает спустить повествование на тормозах и опустить трагедию до обыденности.

Герои, перенесенные из XIV века, гораздо ближе к нам сегодняшним, все так же порочны, но гораздо понятнее: абьюз и созависимости идут рука об руку с женским алкоголизмом, а власть имеющие снисходительно и безучастно наблюдают за царством злобы и конфликтов ради конфликтов (клан Монтекки в постановке сведен до минимума, отчего возникает ощущение, что Капулетти воюют примерно со всеми — просто из любви к самому процессу войны).

Для передачи изначального замысла «Ромео и Джульетты» совершенно не обязательны канонический балкончик и кинжал: вражда и ненависть на сцене доведены до абсурда, мир уже стремится к катастрофе и не пытается оттормозиться. Ярость, протест и отчаяние противостоят страсти и нежности — бог здесь давно никого не слышит: город убил эту чистую юношескую любовь, а значит — самого себя.

Смерть главных героев становится уроком для всех нас.

Ольга Владимирская специально для MuseCube