Чайка

Антон Чехов /

    1952 год

    Высоким режиссерским мастерством была отмечена эта постановка Веры Редлих 1952 года. Умение режиссера подчинить весь строй спектакля, решение каждой роли единому истолкованию идей пьесы отмечали столичные критики во время триумфальных гастролей «Красного факела» 1953 года. «Чайка» – спектакль ансамблевый в истинном смысле слова, потому что ансамбль здесь зиждится не только на общности актерского исполнения, на хорошей сыгранности, но, прежде всего, – на единстве мысли, на единстве в раскрытии основной темы сценического произведения. Именно это более всего привлекло критиков и покорило публику.

    «Чайка» в «Факеле» стала поэтическим рассказом о талантах, о многотрудном пути художника в искусстве. Целеустремленность спектакля, ясность и четкость сквозного действия определяли его идейные и художественные достоинства, его большой и заслуженный успех. В образе Нины Заречной, много страдавшей, но нашедшей свою настоящую дорогу и большое мужество жить, театр выражал основную идею спектакля: чтобы найти свое место в жизни, в искусстве, нужны воля, терпение и труд. Успех спектакля во многом зависел от решения этого образа. Для молодой Веры Капустиной работа над ролью Заречной была большим и серьезным экзаменом, который она, по общему признанию, сдала отлично. Актриса сумела не просто обаять зрителя, но – сыграть развитие, возмужание характера и рост таланта своей героини.

    Сергей Галуза в роли Треплева стал ее достойным партнером. В отличие от Нины, нашедшей в себе силы жить, его герой не выдерживал выпавших ему испытаний. В финале спектакля актер с большой психологической глубиной играл всю гамму чувств героя – радость публичного признания, тоску по Заречной и понимание ложности избранного пути, которое и приводит Треплева к самоубийству. С большим тактом зрелого актера Николай Михайлов передавал слабоволие, бесстрастность и какую-то моральную рыхлость своего Тригорина – человека талантливого, но нерешительного и неспособного к большому чувству. Столь же сложно и правдиво сочетались привлекательные и антипатичные черты в образе Аркадиной – Елены Агароновой.

    Задача проникновения в психологию и нравственный мир сложных, противоречивых чеховских образов стала главной для всех участников спектакля. Как вспоминала любившая своих актеров Вера Редлих, «нервная чуткость, глубина и неожиданность оценок заставляли зрительный зал с замиранием следить за ними». При этом бесспорным был и ее режиссерский успех – выстроенность спектакля, его тонкая атмосфера и поэтическое обаяние.

    Яндекс.Метрика